Анна Большева

Елена Герасимова

Василий Андреев

Начиная с 2012 года, у любителей спорта появилась возможность ближе познакомиться с футбольными традициями и жизнью стран Восточной Европы, Украины и России. В 2012 году Чемпионат Европы по футболу принимали Украина и Польша (ЕВРО-2012), а в 2018 году хозяйкой мирового футбольного первенства станет Россия (ЧМ-2018), для которых это первый опыт организации футбольных соревнований мирового уровня и хорошая возможность показать себя всему миру. Как правило, основное внимание средств массовой информации привлекают сами футбольные матчи, в то время как процесс подготовки к играм остается в тени. Однако для того, чтобы организовать праздник футбола на достойном уровне проводится колоссальная подготовительная работа, требующая огромных сил и ресурсов, труда сотен тысяч работников. Логично предположить, что организация международных спортивных соревнований может дать возможность принимающим странам создать новые достойные рабочие места, что стимулирует экономический рост и улучшит благосостояние граждан. В связи с этим, хочется подробней поговорить, насколько эта возможность была использована в Украине при подготовке к ЕВРО-2012, и о том, что происходит в России в рамках подготовки к ЧМ-2018.

За всю историю независимости Украины подготовка к ЕВРО-2012 может считаться крупнейшим инфраструктурным проектом: общая сумма инвестиций превысила 116 миллиардов гривен (больше 10 млрд. евро). Необходимо было модернизировать инфраструктуру 4 принимающих городов, обеспечить транспортное сообщение между городами, построить и реконструировать 4 стадиона и аэропорта.

Стивен Кэмпбелл

Когда в октябре 2011 года в Мьянме был обнародован Закон об организациях трудящихся, он положил конец почти 50-летнему периоду фактического запрета на деятельность профсоюзов. В условиях более открытого политического климата, сложившегося в Мьянме в эпоху реформ, начали в большом числе возникать связанные с трудящимися организации и профессиональные союзы рабочих. Результатом этого процесса стало то, что в недавней Конференции организаций трудящихся, проведенной в Янгоне с 30 апреля по 1 мая 2013 года, приняло участие около 500 организаций.

Некоторые весьма хаотичные события на конференции ярко высвечивают новый набор задач, встающих перед рабочими Мьянмы в силу того, что процесс либерализации открыл двери для различных действующих лиц, которые стремятся определить направление дальнейшего развития рабочего движения в стране. В первый день конференции газета Мьянма Таймс сообщила, что некоторые из организаций, принимавших участие в конференции, выразили озабоченность по поводу того, что в зале, как им представляется, появилось большое число незнакомых лиц. Примечательно, что эту тревогу выразили члены влиятельного движения Студенты поколения-88, известной группы бирманских активистов и бывших политзаключенных. В статье, опубликованной в Мьянма Таймс, отмечается:

Чен Вейгуан

Бой Лютье

Бой Лютье берет интервью у Чен Вейгуана[1]

БЛ: Как Вы оцениваете трудовые конфликты на автомобилестроительных предприятиях в Южном Китае весной и летом 2011 года?

ЧВ: Забастовка на заводе «Хонда Наньхай» и других предприятиях, производящих автозапчасти, в дельте Жемчужной реки в июне и июле 2010 года всколыхнула волну забастовок, в которой приняло участие несколько десятков тысяч рабочих. В одном только городе Гуанчжоу бастовало более 60 заводов, включая завод «Хонда Дунфэн» и другие крупные автомобилестроительные предприятия.

Основной причиной забастовок были низкие зарплаты и плохие условия труда, но низкие зарплаты были главным фактором. Правительство провинции Гуандун, в основном, не рассматривало забастовки с негативной точки зрения. Мы как профсоюз сочли требования рабочих справедливыми и разумными. «Хонда» и «Тойота» в Гуанчжоу – это предприятия со смешанным, иностранным и китайским, капиталом, и зарплата рабочих в этих компаниях была между 2500 и 3000 юаней.[2]  Но на заводе «Хонда Наньхай» и во многих других сравнимых компаниях зарплаты гораздо ниже, около 1200 юаней. Эти компании прибыльны, но базовые зарплаты на них – колеблются вокруг установленного законом минимума, 900 юаней.

Michael Fichter

В последние десятилетия экономической глобализации профсоюзы во всем мире занимали оборонительные позиции; их роль выразителей политических и экономических интересов трудящихся была отодвинута на самый край. В условиях аутсорсинга, вывода производства в оффшорные зоны, развития гибких и непостоянных форм занятости профсоюзы теряли силу, а вывод рынков труда из-под государственного регулирования открыл дорогу для дальнейшего роста неустойчивой занятости и заемных форм труда – «треугольного капкана»[1].

Продолжая борьбу за защиту с таким трудом завоеванных инструментов правового регулирования в своих странах, профсоюзы также начали поиск транснациональных подходов для противодействия ничем не сдерживаемой международной конкуренции, которая подпитывается «гонкой ко дну», стремлением бесконечно снижать затраты на рабочую силу. Трудность стоящей перед профсоюзами задачи состоит в разработке стратегии, которая послужила бы политическим и организационным ответом на дилемму, с которой они столкнулись, а именно: как вернуть силу профсоюзам как организациям местного и национального уровня, чтобы оказывать давление на ситуацию, характеризующуюся транснациональным разрывом в регулировании трудовых отношений. 

Frank Hoffer

Проблема капитализма кроется не в его способности создавать богатство, а в его неспособности делиться им. Мировая экономическая система, которая производит невероятное богатство, но не в состоянии обеспечить полное отсутствие голода на нашей планете, страдает глубокими изъянами. Рынки при отсутствии зримой руки помощи со стороны демократических и ответственных правительств, приносят социально нежелательные и, вероятнее всего, неустойчивые результаты.

Самым успешным – и, фактически, единственным – способом обеспечить минимальную социальную защиту для всех в современных обществах является государство всеобщего благоденствия, гарантирующее основные права всем, кто нуждается, и финансирующееся за счет обязательных выплат (взносов или налогов), осуществляемых всеми членами общества в соответствии со своими возможностями. Системы могут выстраиваться по-разному, но, в конечном счете, все системы основаны на способности и желании правительств накладывать на своих граждан обязательства по проявлению солидарности с беднейшими членами общества.

Клеопатра Думбия-Хенри

Сегодня, когда многие страны и работники во всех регионах мира сталкиваются с серьезными экономическими трудностями, как Директор департамента международных трудовых норм МОТ, я рада возможности поделиться и некоторыми очень хорошими новостями.

20 августа 2012 года Российская Федерация и Республика Филиппины стали, соответственно, 29-й и 30-й страной, зарегистрировавшими ратификацию Конвенции 2006 года о труде в морском судоходстве (далее КТМС 2006 года). Ратификация Конвенции этими двумя странами очень значима, так 30-я ратификация в комбинации с ратификацией Конвенции странами, представляющими более 33% мирового судоходства (по валовой вместимости), означает, что эта инновационная Конвенция МОТ вступит в силу (станет обязательной нормой международного права) для этих 30 стран. Таким образом, Конвенцией будет охвачено почти 60% процентов мирового флота (по валовой вместимости судов). Поэтому, когда 20 августа 2013 года КТМС 2006 года вступит в силу – с ее помощью будут установлены минимальные международные стандарты условий труда и жизни моряков, работающих на более чем 60% судов мирового флота, так как ожидается, что в течение следующих двух лет Конвенция будет ратифицирована и многими другими станами во всех регионах мира.

Сиглинд Хесслер

Новый инструмент международного регулирования труда

Международные рамочные соглашения (МРС) играют важную роль в международном регулировании труда. С расширением процесса глобализации производства и рынков растет и потребность в международном регулировании трудовых отношений. Существующие инструменты, среди которых и такие как Руководящие принципы ОЭСР для многонациональных предприятий и Трехсторонняя декларация принципов МОТ, касающихся многонациональных корпораций и социальной политики, а также многочисленные конвенции МОТ - имеют большое значение, но но все еще не имеют видимого успеха, так как не располагают мощными санкциями по отношению к тем, кто нарушает заложенные в них принципы. Кроме этого, в рамках проводимой различными компаниями политики корпоративной социальной ответственности, растет число добровольных деклараций о социальных стандартах, принимаемых в одностороннем порядке. Однако они не достигают конкретных результатов, поскольку не имеют обязательной силы.

Франк Хоффер

В конце 2011 года, Хуан Сомавия, на протяжении многих лет являвшийся Генеральным директором Международной организации труда (МОТ), объявил о своем уходе в 2012 году.

Будучи главой МОТ, в 1999 году он представил Программу Достойного труда, чтобы переориентировать деятельность организации в соответствии с требованиями 21-го века. Двенадцать лет спустя, понятие «Достойный труд» прочно утвердилось в качестве приоритетной цели для национальной политики в разных странах мира, а также широко используется в международной дискуссии. Мы встречаем его во многих документах многосторонней системы социальных отношений, в документах «Большой двадцатки» и национальных политических форумов. Оно генерирует миллионы хитов в Google. Оно стало предметом многих научных исследований и дискуссий. Оно закреплено в ряде Конвенций и Деклараций МОТ, а международное профсоюзное движение в рамках кампании по защите прав трудящихся учредило ежегодный День борьбы за Достойный труд. Понятие "Достойный труд" настолько часто употребляется в документах МОТ, что некоторые циники говорят: «Каким бы ни был вопрос, ответ всегда один: Достойный труд».

Иан Грахам

Сомиот Пруксакасемсук

«Права профсоюзов – это права человека». Это звучит громко и произносится часто. Но нелишне будет повторить это еще раз. В основе Трудовых прав лежат принципы, установленные Всеобщей Декларацией прав человека. «Каждый человек имеет право создавать профессиональные союзы и входить в профессиональные союзы для защиты своих интересов», говорится в Декларации. Никто, из читающих эту статью, не сможет не согласиться с этим (разве что, только со словом «свои»). Теоретически, основные права человека, такие как свобода объединения должны быть подкреплены основными трудовыми правами.

Слышать же то же самое утверждение, только с другим порядком слов, нам приходится нечасто: «Права человека – это права профсоюзов». Однако, это так же верно. Там, где пренебрегают любым из основных прав человека, там и профсоюзы вызывают раздражение.

Что же можно сказать по поводу других основных прав, содержащихся во Всеобщей Декларации? Например, по поводу следующего: «Каждый человек имеет право на свободу убеждений и на свободное выражение их; это право включает свободу беспрепятственно придерживаться своих убеждений и свободу искать, получать и распространять информацию и идеи любыми средствами и независимо от государственных границ» (Статья 19). Это, безусловно, имеет непосредственное отношение и к созданию профсоюзов. Как заявила на 4-ой Ассамблее по правам человека (2006 год) Карен Кертис, эксперт МОТ, «право свободно выражать мнение, право проводить собрания и митинги, осуществлять эти права в условиях полной личной свободы и безопасности является ничем иным как базовыми гражданскими свободами, без которых осуществление профсоюзных прав становится бессмысленным».

Клаус Лёрчер

В апреле 2011 года Международная организация труда (МОТ) провела трехстороннюю встречу экспертов для обсуждения препятствий, стоящих на пути ратификации Конвенции № 158 (о прекращении трудовых отношений по инициативе работодателя).

Данная Конвенция является важнейшим международным актом, определяющим принципы защиты работников в случае их необоснованного увольнения, а также их основные права при прекращении трудовых отношений.

В конце встречи работодатели предложили чрезвычайно простое, но совершенно неприемлемое и даже непредсказуемое "решение" - отменить Конвенцию.

Однако необходимо пояснить предысторию этого невероятного предложения, а также уточнить, насколько оно отражает общее мнение работодателей. Анализ показывает, что они демонстрируют удивительную непоследовательность по отношению к данной Конвенции. При принятии Конвенции, в 1982 году, представитель группы работодателей полностью ее поддержал, заявив при этом, что "часть работодателей воздержится или проголосует против ее принятия [...]; тем не менее, я надеюсь, что большинство поддержит предлагаемую Конвенцию и Рекомендацию. "(68-я сессия Международной конференции труда, 1982 год, протокол заседаний стр. 35 / 3).

Клер Хобден

Несмотря на то, что домашние работники предоставляют исключительно важные услуги, благодаря которым возможно осуществление любой другой работы, их собственный труд, зачастую, не рассматривается как реальная работа, заслуживающая правовой защиты. Подобный подход уже привел к тому, что около 100 миллионов женщин и девочек, почти в половине стран мира, остаются незащищенными национальным трудовым законодательством. До недавнего времени домашние работники были исключены даже из международных трудовых норм, что отражает медленную эволюцию социальных представлений о труде женщин, в целом, и о домашнем труде, в частности. Уменьшить эксплуатацию домашних работников можно, изменив нормативную базу и обратив вспять историю «исключения». Также потребуется некий социальный сдвиг для реализации прав домашних работников. Международная трудовая норма о правах домашних работников имеет важнейшее значение для достижения этой цели.

Франк Хоффер

За последние десятилетия рынки труда во многих странах были выведены из-под государственного регулирования, и профсоюзное членство сократилось. Либерализация торговли и бесконтрольно функционирующие рынки финансовых услуг, продуктов и рабочей силы привели к установлению взаимно поддерживающей их тенденции дальнейшего ослабления механизмов государственного регулирования. Снижение защищенности рынка труда и рост неустойчивой занятости стали причиной снижения доли заработной платы в национальных доходах и углубления неравенства. Недостаточность опирающегося на зарплату совокупного спроса, сложившаяся в результате этих пагубных тенденций, преобразовалась в огромный профицит внешнеторгового баланса в некоторых странах и в финансируемое за счет кредитов потребление в других. Кризис продемонстрировал неустойчивость этих тенденции.