Себастьян Дуллиен

С наступлением кризиса евро старые дебаты о наднациональных стабилизаторах в Еврозоне приобрели новое значение. В то время как учебники по экономике с давних пор оговаривают, что страны, образующие валютный союз, должны иметь альтернативный механизм противодействия ассиметричным потрясениям, и даже в ранних исследованиях по практической реализуемости экономического и валютного союза ЕВС требовал создания схемы наднациональных перечислений государственных средств (MacDougall 1977), ЕВС появился в конце 1990-х без такой схемы.

К сегодняшнему дню большинство обозревателей соглашаются с тем, что евро-кризис (за исключением Греции) не был результатом безответственной политики в области государственных финансов, а являлся следствием проблем в банковской системе, которые отчасти возникли из-за национальных циклов подъема и спада. Таким образом, для более устойчивого и эффективно функционирующего валютного союза все больше и больше научных публикаций требуют сегодня введения механизмов, которые сдерживали бы бумы и подхлестывали экономику в периоды спада.

Эти новые дебаты наиболее четко прослеживаются в ряде документов Европейского Союза, например, в дорожной карте Еврокомиссии, содержащей предложения по созданию более полного, цельного валютного союза; а также в докладе, получившем название «доклад четырех председателей», подготовленном Председателем Европейского Совета совместно с Председателями Еврокомиссии, Европейского центрального банка и Еврогруппы. Концепция Еврокомиссии по «Социальному измерению ЕВС» также служит примером таких документов, каждый из которых призывает к развитию в Еврозоне «потенциала управления государственными финансами».

Кристоф Шеррер

Штефан Бек

Правительство США и Европейская комиссия ведут переговоры по заключению Трансатлантического торгового и инвестиционного партнерства (ТТИП). Торговые партнеры радеют за устранение тарифов, сворачивание законодательного регулирования и расширение прав инвесторов. Правительства пытаются оправдать подписание ТТИП, указывая на существенное повышение благосостояния вследствие увеличения экспорта, ускорения темпов роста и повышения эффективности, доходов и уровня занятости. Они ссылаются на различные экономические исследования, основанные на комплексном моделировании, которые делают вывод о том, что ТТИП повысит уровень благосостояния как в США, так и в Евросоюзе.

В исследованиях воздействия торговли на ситуацию обычно используются модели Исчисляемого общего равновесия. В последние годы эти модели вызывают все больший скептицизм. Среди ее критиков – команда из Мюнхенского ifo-Института, которая опубликовала в 2013 году результаты двух исследований воздействия ТТИП на ситуацию: одно – для Федерального министерства экономики Германии (ifo-BMWi) и другое – для Фонда Бертелсмана (ifo-Bertelsmann). В нашей оценке мы сосредоточимся на изучении воздействия на основе этих ifo-исследований.

Кирилл Букетов

Исход противостояния между Россией и Украиной еще не ясен, но уже сейчас очевидно, что социально-экономическая система этих двух крупнейших стран региона изменится. Какие угрозы и какие возможности при этом возникают в сфере трудовых отношений с точки зрения реализации коллективных прав трудящихся – об этом получилась эта статья.

Постсоветский правовой контекст
Право на организацию профсоюза и коллективные переговоры признано Объединенными Нациями одним из основополагающих и закреплено во Всеобщей декларации прав человека. Эти права дают любому работающему человеку возможность участвовать в экономике и добиваться сбалансированного распределения прибыли, создаваемой трудом. Признание этих прав является одним из главных отличий цивилизованного современного государства от деспотий, диктатур и тоталитарных режимов.

Страны Восточной Европы, образовавшиеся на территории Советского Союза, переживают болезненную и парадоксальную трансформацию. В советской системе трудовых отношений права на свободное объединение в профсоюз и коллективные переговоры формально были признаны, хотя на практике никогда не реализовывались. Профсоюзы были встроены в государственную машину, занимались распределением социальных благ и воспитанием трудящихся в духе любви к руководству единственной и правящей политической партии.

Джеффри Вогт

Предыстория
В начале Международной конференции труда (МКТ) 2012 года, спикеры Группы трудящихся и Группы работодателей встретились, чтобы согласовать окончательный «короткий список», составленный на основе 25 случаев (нарушений), взятых из Ежегодного доклада Комитета экспертов МОТ по применению конвенций и рекомендаций. Этот список должен был быть вынесен на предстоящее в течение последующей недели обсуждение трехсторонними партнерами в рамках заседаний Комитета конференции по применению норм (CAS). Безо всякого предупреждения Группа работодателей отказалась вести переговоры по окончательной версии списка, включавшего любой из случаев, по которому Комитет экспертов вынес свои замечания по поводу права на забастовку. Группа работодателей также заявила об «отказе» признавать подготовленный Комитетом экспертов Общий обзор[1]. Этот отказ преследовал 2 цели: принизить авторитет заключений Комитета экспертов за пределами МОТ и попытаться установить главенство (прежде не существовавшее) политического трехстороннего органа – CAS – над независимым Комитетом экспертов.

Франк Хоффер

Сидя в хороших винных барах или в уютных ресторанах превосходно благоустроенных престижных центральных кварталов городов, болтающий либеральный средний класс выражает свое недовольство по поводу ксенофобских настроений нижних слоев общества, выступающих против мигрантов и голосующих за правые популистские партии. Принадлежа сам к этому классу, я полностью разделяю их чувства. Популистские нападки на мигрантов меня бесят. Раз в неделю у нас дома убирается дама из Португалии, все ремонтные работы выполняет мастер из Морокко, француженка занимается глажкой белья, посудомойка из Бангладеш помогает сдерживать рост цен в местном итальянском ресторане, в офисе кофе подается мигрантами из Африки, а работники из Восточной Европы делают в нем уборку. Благодаря раздувшемуся пузырю на рынке жилья, только хорошо обеспеченные люди среднего класса могут позволить себе жить в нашем районе, наши дети ходят в частную школу и, будучи хорошо оплачиваемым государственным служащим в ООН, я не испытываю конкуренции со стороны низкооплачиваемых работников-мигрантов за свое рабочее место. Конечно, я с большим удовольствием работаю в разнообразной мультикультурной и многонациональной среде таких же хорошо оплачиваемых и привилегированных людей. На самом деле, я сам «элитарный мигрант», покинувший свою страну по собственному выбору, чтобы получить интересную работу в других странах. Короче, быть хорошим и терпимым космополитом, критикующим глухую ксенофобию, для меня легко и дешево, так как я испытываю на себе все преимущества и ни одного из недостатков массовой иммиграции.

Карин Папе

Кристина Боннер

Барбро Будин

"Да, мы сделали это!"[1] - выражение, которое лучше всего передает атмосферу ликования и подъема, царившую в последний день Учредительного конгресса Международной федерации домашних работников (IDWF), прошедшего в 2013 году. Под таким же названием вышла и книга, презентация которой состоялась во время Конгресса, повествующая о том, как домашним работникам удалось добиться принятия Конвенции МОТ о труде домашних работников (Конвенция №189) на Международной конференции труда (МКТ) 16 июня 2011 года. 

Спустя два года домашние работники вновь одержали победу: другой важнейшей вехой стало создание демократической федерации, включающей 48 членских организаций, представляющих интересы около 300 000 домашних работников по всему миру. Это станет гарантией того, что Конвенция не будет забыта, а борьба за «достойный труд для домашних работников» будет продолжена на постоянной и скоординированной основе.

Поль Рехштайнер

Ренцо Амбросетти

Андреас Ригер

9 февраля небольшим большинством швейцарские избиратели проголосовали в поддержку инициативы Швейцарской народной партии (SVP), которая призывала к восстановлению квот на число иммигрантов из стран Евросоюза. Это решение стало огромным шагом назад для иммигрантов в Швейцарию, для профсоюзов и всех прогрессивных сил; и оно неминуемо заведет страну в тупик.

История вопроса
Швейцария является принимающей страной для иммигрантов с начала 20-го века. Уже в 1970-х годах люди с паспортами других государств составляли 20% населения страны. В то время процесс иммиграции регламентировался системой квот и специальных статусов, которая оставляла иммигрантов совершенно бесправными: сезонным рабочим выдавался вид на жительство с ограниченным сроком, который при этом был действителен только для работы на конкретного работодателя. Более того, семьям трудовых мигрантов не разрешалось присоединяться к ним ни при каких обстоятельствах. В конце 1980-х, однако, закон, регулировавший положение сезонных рабочих, оказался под мощным давлением со стороны швейцарских профсоюзов, которым удалось объединить в своих рядах большое число работников-мигрантов.

В 1992 году началось обсуждение вступления Швейцарии в Европейскую экономическую зону (ЕЭЗ). На тот момент цель состояла в том, чтобы ввести свободное передвижение людей по определению Европейского Сообщества, т.е. отменить квоты и дискриминационные положения закона. Швейцарские профсоюзы поддержали эту идею. Но в 1992 году 50,3% швейцарских избирателей проголосовали против вступления в ЕЭЗ. Одной из основных причин такого решения было стремление национальных консервативных партий правого толка дистанцироваться от Европейского Сообщества. Однако еще одной причиной являлся тот факт, что рабочие и служащие опасались, что свободное передвижение рабочей силы подорвет уровень оплаты труда и нормы трудовых отношений в Швейцарии.